Собчак живьем: конспект для тех, кто пожалел денег на мастер-класс в Минске

Ксения Собчак, конечно, не Шайа Лабаф, но мотивирует на ура: после её проповеди очень не хочется остаться лузером. Для тех, кто не позволил себе потратить от 820 тысяч белорусских рублей на билет, предлагаем практически полную расшифровку выступления звезды в Минске.

Часть первая.
Мотивирующая лекция Ксении Собчак

[Начала Ксения с вопроса]: Поднимите руку те, кто не знает, чем заняться в жизни? [Человек десять в зале отреагировало – прим. KYKY]. Принято считать, что вот это «найди себя», «построй свою жизнь» хорошо, когда тебе лет 17. На самом деле нет. Большинство людей проживают до сознательных лет (в какой-то степени это касалось и меня), и не очень понимают, что они хотят делать и кем быть. Стесняться этого не надо. Ты можешь получить два высших образования и проработать на двух работах и так и не понять, что тебе нужно.

…Наверное, когда вы идете на мастер-класс Ксении Собчак, нет-нет, и промелькнет мысль: слушайте, чему эта Ксения может нас научить? Родиться в богатой семье с родителями большими политиками? Если такая мысль закралась в вашу голову, точно знайте, что вы подпадаете под правило номер один, чего не надо делать, выстраивая жизнь и карьеру – обвинять окружающих в том, что у тебя не получилось. Мы должны помнить, что если ты судишь любого человека и его успех, то можно и не знать о том, какие испытания выпадали этому человеку. Для кого-то испытание – вырваться из семьи алкоголиков и чего-то достичь с нуля. Для кого-то испытание – вырасти с авторитарными родителями, которые всегда будут затмевать любое твое начинание. Действительно, я выросла в очень благополучной семье, мои родители профессора, и мама, и папа, и мы действительно жили неплохо, еще в советские времена, и можно сказать, что изначально у меня было много возможностей. Но эти возможности были у многих моих знакомых, друзей и тех же детей больших боссов. Часть из них стала наркоманами, часть ничего не делает, хотя им по сорок лет, и они уже седые. Никогда не надо думать, что кому-то легче. Что с вами жизнь поступила несправедливо, а его обласкала – вы ничего не знаете про чужую жизнь. Испытания, которые вам кажется легкими, для этого человека могли быть неподъемными, и ломает людей по-разному. Может быть, не иметь первоначальной накопленной судьбы легче, чем идти с этим грузом по жизни.

…Нам всем кажется, особенно в раннем возрасте, что когда в нас откроется талант, он будет выведен крупными буквами на лбу. Но это не так. Очень пагубно желание (скажу, что отчасти сама была у него в плену) – вот это «круто ты попал на ТВ» и «хочу стать звездой». Желание стать звездой – порочная формулировка и серьезная ловушка. Когда ты просто хочешь стать звездой, значит у тебя нет цели и занятия, которое настолько тебя увлекает, что ценно само по себе. «Ксения, мы очень хотим что-то сделать, мы не совсем знаем, что, но очень хотим», – я верю, что вы очень хотите, я это вижу в глазах. Но желание надо четко сформулировать.

[Дальше Ксения обращается к мужчине в сером костюме из первого ряда, который, по ее мнению «знает ответ на все вопросы] Как вас зовут? Игорь? Какое красивое имя. Как вы считаете, Игорь, какой спортсмен достигнет большего успеха: тот, который начинает свою спортивную карьеру и думает о том, как он будет стоять на пьедестале и получать медаль, или тот, который занимается спортом, чтобы показать, на что способно человеческое тело и как далеко человек может зайти в своих возможностях? [Игорь что-то отвечает, что именно – не слышно, потому что микрофон ему не дали]. Тот, кто хочет победить и кто за медалью идет? Знаете, вы не правы. Я читала недавнее исследование в американском GQ, где было проанализировано более тысячи различных интервью спортсменов, которые получили золотую медаль. Большинство даже в раннем возрасте формулировало свое желание заниматься спортом именно как желание показать красоту тела и его возможности – то есть сделать что-то для мира. Не получить что-то от мира, а сделать.

Фото - источник

…Это правило, отчасти мистическое, работает. Каждый должен задавать себе вопрос: не почему меня должны взять на эту работу, а что я могу сделать для этой компании? Как открыть нужный бизнес в городе Минске? Как создать такую книжку по кулинарии, чтобы людям на пальцах объяснить, как готовить вкусную еду? Я всегда рассказываю пример Ники Белоцерковской. Много лет она была умнейшей девушкой-домохозякой и, как многие из нас, хотела быть звездой, но не понимала, как это осуществить. Сейчас у нее больше восьми бестселлеров кулинарных книг, огромное количество поклонников и проектов, связанных с кулинарией. Этот успех вырос из того, что мы в какой-то момент стали замечать, что Ника невероятно вкусно готовит. К ней хорошо было ходить на праздники, потому что это вкусно, и нас всех она тоже учила кашеварить. Это превратилось в бизнес – оказалось, что несмотря на то, что уже есть тысячи книг по кулинарии, нет ни одной, где весь процесс был бы описан детально в картинках... Вдруг оказывается, что есть сто кафе, но только в одно стоит очередь. И это тоже объяснимая вещь: где-то делают по-настоящему с душой, вкладываясь и болея за результат, а где-то работают формально, из принципа, что надо же иметь бизнес.

Пока вы будете бесконечно теребить мир, дергать, требовать и настаивать, ничего не будет. Мир никому ничего не должен, и вы должны убедить мир, что вы ему нужны.

…Мы все, кроме совсем молодого поколения, связаны общим советким прошлым. В этом советском прошлом были правила воспитания, которые касались всех, даже меня, хотя я 1981 года рождения, и сознательные годы уже провела в перестроечной России. Советских людей учили, что скромность является одной из добродетелей, и выскочек не любят. У нас даже слова эти неприятные: выскочка, амбициозный человек, заметьте: в английском языке ambitious – это положительное прилагательное. У нас же люди, которые самовыдвигаются, предлагают, идут вперед – это что-то не очень приятное. С этой традицией надо покончить, потому что если мы хотим жить в современном обществе, мы должны понимать, что надо уметь продать свой товар и бренд. Но любое дело, особенно плохое, у нас всегда называют пиаром. «Что они там? – Да это они пиарятся». Под фразу «они пиарятся» можно подложить любую ситуацию и новость федерального телевидения, любой скандал из газет. Тем не менее, мир устроен таким образом, что если вы хотите продать свой бренд, хотите быть успешным, вы должны научиться это делать. Для этого есть очень хороший тест. Честно, вы не пожелеете.

Нам кажется, что мы хорошо себя знаем. «Я неряха, но добрый человек». «Я конечно, со стервозным характером, но умная и добрая» – каждый что-то такое про себя знает. Одним из самых полезных упражнений, которые я делала в своей жизни, по совету одного эффективного тренера, – было написать список вопросов и разослать своим близким друзьям. Вопросы эти достаточно просты: назови мои самые сильные качества, назови самые слабые, в какой ситуации я был симпатичен тебе как человек, и если бы не работал в той профессии, в которой работаю, где бы ты меня точно мог представить? Составьте такую личную анкету и, я уверяю вас, что вы получите совершенно удивительные результаты. Если вы сами считаете себя роковой женщиной, перед которой не устоит ни одним мужчина, то мужчина может думать: что это за странная дама, которая приходит в офис, кладет нога на ногу и говорит [томно]: «Я могу делать всё. Любую работу». В этом есть несоответствие ожиданий и плачевный результат, вытекающий из неадекватной оценки самого себя. Когда вы начинаете придумывать себя, это всегда кажется неестественным.

…Абсолютно все большие компании, которые достигают успеха в определенной области, будь то Coca-Cola или Dolce & Gabbana, имеют свое ярко выраженное отличие. Делают не то, что было до них тысячу раз, а что-то совершенно оригинальное. То же самое происходит с брендами людей. Кто самые популярные, яркие и узнаваемые люди? Это люди, которых легко спародировать. Если бы я была Максимом Галкиным, я бы за пять минут показала вам и Ренату Литвинову, и Пугачеву, и Путина, и Ивана Урганта. Когда ярких черт нет – это вторичная история. Сколько сейчас на телевидении милых худеньких брюнетов, которые пытаются быть похожими на Ивана Урганта. Они никогда не станут Ургантом, но это как наводнение: на каждом канале куча молодых людей, которые пытаются повторить его невероятный успех. Это всегда заведомо ложный путь. «Единственное место, которое еще не занято – это вы сами», – это не моя мысль, а Оскар Уайльд. Будьте сами собой.

…Следующая вещь – умение адекватно оценивать себя внешне. Может быть, вы всегда мечтали о шикарной укладке и длинных кудрях, но конкретно вам идет короткая стрижка и прямые волосы. Может быть, вам всегда нравились рюши, но вы лично будете выглядеть более стильно в чем-то брутальном. Могу рассказать историю с Яной Рудковской – она энергичная женщина, привыкшая добиваться своих целей. Не то, чтобы мне не нравятся платья бэби-долл, но мне кажется, что конкретно ей, Яне, это не очень идет. На какой-то встрече говорю: «Яна, можешь мне отдаться, и мы сделаем для L'officiel лучшую фотосессию». Она говорит «да-да» и приходит на съемку уже с укладкой с объемчиком. Я говорю: «Ян, мы договаривались, ты обещала!» Какими-то криками заставила её помыть голову прямо там, и мы сделали потрясающую фотосессию, которая вышла в февральском номере L'officiel. Любой стилист, который ее видел, говорил: «Это лучшие Янины фотографии».

Фото - Источник

Она была там была совсем другой: мокрые волосы, смоки айз, крупные металлические украшения, кожаные куртки – такой образ ей очень шел. Но она себя видит принцессой, и с этим нельзя ничего поделать. Это урок и для меня самой, потому что я себя видела принцессой с длинными нарощенными локонами тоже очень долгое время. Ваша одежда, прическа, макияж и внешний вид должен быть одним целым с вашим характером. Для этого тоже есть хороший практический совет. Попросите кого-то из друзей незаметно сделать ваше видео минут на 10-15. Не думайете, что я вас призываю окунуться в «Дом-2» – не об этом речь. Просто запишите, как вы сидите, идете. Это делают все актеры на первом курсе театрального института – вы должны понимать жизнь тела, рук, голоса, как вы дышите. Изучите эти записи – именно видео, а не фотографии, и это даст очень много понимания о себе самом.

…Еще одна важная вещь связана с тем, чтобы вы не боялись отказов. Это не стыдно и не плохо. У меня были провальные проекты – у огромного количества людей бывают вещи, которые не складываются. Как правило, в начале карьеры это самая опасная ситуация, потому что у большинства людей на земле есть проблема заниженной самооценки. Выигрывают в этой гонке те, кто всегда идет дальше отказов. Наверняка вы знаете сеть кофеен Starbucks. Не так давно читала в американском Forbes интервью с создателем этих кофеен – вы знаете, сколько раз этому человеку отказали в кредите до того, как он открыл свою первую кофейню? 96 раз. А теперь представьте, что это не просто цифра. Ты заходишь в 96 банков разной величины, приносишь бизнес-план, встречаешься с людьми, а тебе говорят «нет». Сейчас этот человек миллиардер, один из богатейших людей Америки, а его сеть стоит состояние. Но вы должны помнить про эту цифру – 96. Многие из нас не могут пережить 3-4 отказа, мы ломаемся уже на таких цифрах.

…Ваши 3-4 отказа в работе ничего не значат. В любой кризис в любой стране и любом несправедливом обществе все равно находятся люди, которые добиваются успеха. Может быть, этих людей при одной политической системе больше, при другой меньше, но они есть везде и всегда. И даже в Северной Корее кто-то добивается успеха при тех жутких условиях. Это исключительно вопрос вашей энергозатраты и веры в то, что у вас получится. Помните – никакие отказы не должны вас сбивать с пути и вселять неуверенность. Если есть идея, в которую вы по-настоящему верите – делайте, и это обязательно принесет результат.

…У нас часто есть мысль: слушайте, сейчас у меня плохая работа, поэтому я опаздываю, а будет у меня работа мечты – там уж я удачу не упущу, там уж я развернусь! Этого не будет никогда. Я как человек, у которого свой бизнес, я возглавляю журнал, и есть люди, которые находятся в моей зоне ответственности, знаю на 100% – то, как человек работает, не зависит от размера его заработной платы. Человек либо работает, либо он бездельник и лентяй. Порой человек приходит на мизерную зарплату младшим ассистентом редакции, приносит кофе и разносит одежду. Проходит чуть больше года – и человек становится продюсером всего издательского дома, с большой зарплатой. Это я говорю про реальный случай: с самого первого дня, помимо кофе, он стал брать на себя новую работу, хотя его никто не просил. Пришел и сказал: «А можно я буду вести инстаграм L'officiel?» «Ксения, можно я съемку организую? Сорвалось же – давайте сделаю». Инициатива должна исходить от вас. Вы должны прыгать выше себя и своих возможностей, чтобы реализовываться.

...Очень важная вещь – не думать, что вашу работу кто-то не замечает. Я читаю самые дурацкие ресурсы, если мой взгляд цепляется за какой-то заголовок или статью. Так же я ищу официантов. У меня есть небольшое кафе «Бублик», и пять-шесть официантов были наняты исключительно тем способом, что я приходила куда-то, и меня человек хорошо обслуживал. Я его с радостью без зазрения совести переманивала.

Кафе Ксении Собчак "Бублик". Фото - Источник

…Люди, которые занимают позиции в бизнесе, всегда нуждаются в активных целеустремленных сотрудниках, это самый большой дефицит, который есть в стране. Становитесь этими людьми! И не важно, с какой точки начать. Говорю как человек, у которого за много лет выросло несколько поколений людей, начинавших с самого низа. А были и другие, которые приходили очень крутые на большую зарплату, ничего не делали и пытались выехать на том, что у них за плечами хорошее резюме. Помните об этих шансах – и у вас должно всё получиться.

[По окончании теоретической части Ксения объявляет «горячий» старт – вопросы из зала. Одни вопросы люди задают устно в микрофон, вторые Ксения читает с бумажек. Записки можно было отправить в ящик, стоявший в зале слева].

Первый вопрос из зала: Ксения, у вас наверняка есть человек, который о вас заботится? Это не подкат. Мы как мужская половина Беларуси заботимся о женщинах. И хотелось бы позаботиться о ваших связках. Я думаю, вы бы не отказались от глоточка воды, может быть, кола-фанта-спрайт. Брунелло ди Монтальчино не предлагаю – встреча неформальная.

Ксения Собчак: Спасибо больше. Знаете, кола-фанта-спрайт – нет. Там очень много сахара, и вам тоже не советую. Вы с такой хорошей спортивной форме. Но водичку – да, могли бы принести. Вот так обо мне заботятся, пусть им станет стыдно. Но слушайте, тут есть гораздо более интересные вопросы, чем про воду. [читает с бумажки]: «Ксения, как вы можеет прокомментировать ваши беременные фото в сети?» Друзья, я не знаю, как это комментировать, скоро меня эти газеты доведут до состояния анорексии. Вам смешно, а для меня каждое фото «беременной Собчак» – ещё неделя без ужинов. Я настолько потолстела, что людям уже кажется, что я беременна! Пока нет, друзья, но я вам сообщу.

[Второй вопрос с бумажки звучит максимально нелепо]: «Назовите ваш любимый фильм».

Ксения Собчак: Слушайте, это как с милиционером, которому собирались подарить книжку, но передумали, потому что у него одна уже есть. Один фильм – это ничтожно мало. Могу порекомендовать последние фильмы. Это два российских, что удивительно, потому что я не большой поклонник российского кино, но это потрясающие работы: «Тряпичный союз» и «Страна ОЗ». Видели? Шикарное кино, такое трагикомичное, с такой нежностью к нашей стране, и очень правдивое. Из иностранных очень понравился фильм, который номинировался на Оскар – Spotlight – не знаю, как перевести, смотрела на английском. Про журналистское расследование педофилии в Ватикане. Если вы работаете журналистом, очень познавательно с профессиональной точки зрения. Одна из линий – журналист, который пытается добиться интервью у человека, который его бесконечно посылает. И то, сколько у него это занимает времени и сил, показывает, что в результат стоит вложиться.

Второй вопрос из зала: Ксения, я здесь. В черном. Черный стройнит. Вопрос такой: каждый человек ничего в жизни не делает просто так, каждый хочет быть признанным. На вас смотрят миллионы глаз, и я хотела спросить, как часто вам говорят «спасибо»? В свою очередь, мне бы хотелось вам сказать «спасибо» и сделать небольшой подарок. [Девушка в черном несет на сцену картину с портретами Ксении Собчак и Максима Виторгана, зал громко аплодидует].

Ксения Собчак: Вы художница, да?.. Не совсем вы, понятно. Очень приятно, ещё и с мужем. Автор В. Ивашко – спасибо В. Ивашко, прекрасный портрет. Когда люди благодарят за мои работы и гражданскую позицию, это всегда приятно. Но делать-то ты все равно должен для себя. Я чувствую, что сегодня какой-то очень хороший тёплый зал. [И тупой… – сказал кто-то из зрителей в первых рядах – прим. KYKY].

Третий вопрос из зала: Ксения Анатольевна, я хотела бы задать вопрос политического характера. Два года назад вы брали интервью у Александра Григорьевича Лукашенко. Очень хотелось узнать, какие лично у вас остались впечатления о нем? Who is Mr Lukashenko? И, Ксения Анатольевна, большое вам спасибо за то, что вы делаете. Вы лучший интервьюер всея Руси.

Ксения Собчак: Уеду из Минска, корона вырастет. Приду домой, дверь ногой – муж, наливай мне чай-кофе, приехал интервьюер всея Руси. [зал смеётся]. Про Лукашенко. Слушайте, он, безусловно, человек крайне харизматичный. Конечно, он привык публично выступать, давать интервью, и на мой взгляд, делает это крайне профессионально. Меня поразила в этом интервью такая открытость по некоторым вопросам, на которую даже Владимир Владимирович не всегда готов. Помню, был прекрасный эпизод, когда мы обсуждали выборы Лукашенко, и я ему задала вопрос, смысл которого заключался в том, что слушайте, вот у вас конфликт был с Сулейманом Керимовым? Он говорит: «Да, если бы он сюда приехал, я бы его сам посадил». Я говорю: «Подождите, как же? Насколько я понимаю, у вас действует принцип разделения властей: вы – глава исполнительной власти, есть судебная власть, законодательная. Как вы, президент, можете говорить, что «если бы он приехал, я бы его сам наказал и посадил». Он говорит: «А кто вообще тебе сказал, что вот это разделение властей – это правильно? Вы с чего это взяли?» На это было нечего сказать. Мы потом разговаривали с коллегой, с которым поехали вместе, с Михаилом Зыгарем, гравным редактором телеканала «Дождь», о том, что Лукашенко – человек, который умеет очаровывать. Живой человек с эмоциями, яркий и интересный.
Когда он мне ответил на вопрос о том, что у России так с Украиной получилось – «не боитесь, что танки пойдут на Беларусь»? Он ответил: «Знаете, если танки пойдут на Беларусь, я танки разверну, и еще непонятно, за кем пойдут танки. Если я до вас дойду…». Могу сказать, что если представить себе всенародные выборы союзного государства, Лукашенко или Путин, совсем не факт, кто победит.

И нужно себя контролировать, чтобы разделить человека Лукашенко, который может быть очень симпатичен, и ту политику, которая проводится и здесь, и в нашей стране, ту очевидную недемократичность этой политики.

[Следующий вопрос с бумажки]: «Три качества в девушках, которые вы напрочь не выносите, не терпите и не любите».

Ксения Собчак: Раньше я бы их назвала, а сейчас считаю, надо быть терпимее. Я очень не люблю лицемерие, надуманности и неестественности. С другой стороны, пытаюсь их понять. Нас цепляет в других людях только то, что имеет отношение к нам. Это как феномен латентного гомосексуализма – человек традиционной ориентации, который внутренне «хочет» и чувствует, но так как это запрещено культурой и социумом, для него это абсолютно неприемлемо. Такие люди становятся ярыми гомофобами. Фрейд об этой писал в «Тотем и табу», Юнг об этом писал – когда у гетеросексуального мужчины нет проблемы латентности, его не очень волнует, что есть какие-то гомосексуалисты. Кому они мешают? Он любит свою женщину или многих женщин. Но вот ярые гомофобы – это всегда люди, которые на подсознательном уровне имеют с этим проблемы. И здесь у меня большой вопрос к нашей Думе, потому что, судя по их реакциям на это сообщество, находящееся в меньшинстве, это сложная тема. Вот видите, люди начали выходить из зала на этих словах – опасная тема.

[Читает новый вопрос с бумажки]: «Ваше отношение к эко-еде».

Ксения Собчак: Правильное питание – важная часть жизни. Не могу сказать, что я зациклена на этом, но если максимально избегать продуктов с высоким гликемическим индексом, следить за сахаром и соблюдать простые правила – этого вполне достаточно. По крайней мере, пока. Хотя и пишут уже, что я беременна… Очень советую посмотреть фильм «Sugar», который недавно вышел – научпоп о вреде сахара.
Вот если и бороться за что-то общественно полезное, кроме политики, то я бы с удовольствием выступила с инициативой писать на продуктах, которые содержат сахар – как на сигаретах со страшными фотографиями синих легких и женщин с желтыми зубами – что это приводит к раку и заболеваниям легких. Мы не понимаем, насколько человечество зависимо от сахара и какое количество заболеваний вызывает выброс инсулина в кровь. Я очень советую этот фильм – у вас изменится отношение к потреблению сахара.

[Вопрос из зала]: У меня вопрос по поводу выбора высшего учебного заведения. Вы говорите, что нужно искать себя, но всех нас родители после 11 класса выпихивают в вузы. Большинство моих друзей – экономисты и юристы, несчастные люди. Стоит ли поступать в вуз или сделать паузу и, как американцы, поездить, попутешествовать?

Ксения Собчак: У американцев тоже бывает по-разному. Не то, чтобы там все после школы сразу дико путешествуют. Да, родители считают: если в вуз не поступил, то сразу неудачник. Есть забавные пережитки, связанные с научными степенями, считается, что защитить докторскую – это хорошо. «Ксюша, поздравь меня, я получил народного артиста!» На хрена тебе это надо? Это странная советская система, вот эти звания, высшее образование, диплом – для старшего поколения важная вещь. Но вуз, в который вы поступаете – не конец жизни. Можно перевестись из одного вуза в другой, получить второе высшее. Если человек поступил на математический, а в душе художник, он все равно будет художником. Чтобы не стать плохим математиком, нужно уметь слушать свою интуицию, понимать, что тебе нравится и не бояться это озвучивать. Но если вы скажете родителям, что вам после школы надо отдохнуть, они вас не поймут. Особенно если вы мальчик, и вам надо в армию.

[Вопрос с бумажки]: «Ксения, скажите: если ли предел терпения у русского Вани. Спасибо, Евгений».

Ксения Собчак: Ваня должен был, конечно, подписаться под этим посланием. У нас очень терпеливый народ, надо сказать, у вас кстати тоже – мне кажется, все это надолго. Давайте быть реалистами.

[Вопрос с бумажки]: «В чем слабость ВВП?»

Ксения Собчак: На это надо отвечать как в русской сказке: яйцо в утке, утка на дереве… Мне кажется, слабость Путина и всех других людей, которые находятся у власти так долго – в абсолютной уверенности в своей правоте. Жизнь подкидывает им доказательства того, что они правы, и зачастую они не могут увидеть ситуацию с другого ракурса. И вот это ограничение взглядов и темная зона рождают опасные ситуации.

[Вопрос с из зала]: «Какую роль в вашей истории успеха играет визуализация желаний? Записываете ли вы цели на бумаге?» [По залу проходит шепоток, что в следующий раз спросят, пьет ли Собчак святую воду].

Ксения Собчак: Наверное, вы имеете в виду книжку «Транссерфинг реальности»? Я её читала, все три части. В свое время увлекалась: у меня была картина, на которую я наклеивала свои желания. На самом деле, все эти техники учат тебя одному и тому же: уметь сосредоточиться на своих целях. Один из способов – написать на бумажке желание и сжечь в шампанском в Новогоднюю ночь. Это же не какие-то оккультные науки. Когда-то ты четко формулируешь цель, твой взгляд начинает на этом фокусироваться….

Здесь прямо послание, отлично. [Ксения разворачивает листок-записку, раза в четыре больший, чем все остальные]: «Скажите, Ксения, если вы так хорошо сделали образ Яны Рудковской, что помешало вам выйти к нам в приличном образе? Мы знаем, что он у вас есть. А не в этом жутком серебристом платье, которое как нельзя лучше подчеркивает ваши кривые ноги, низко посаженную заднюю часть и плохо смотрится при сценическом освещении. Может быть, вам пришло время обратиться к нормальному стилисту, а не считать себя иконой стиля и супер-профессионалом?»

Ксения Собчак: Вот такой добрый человек. А сейчас давайте проверим его на храбрость. Может ли этот человек встать и сказать все это мне в лицо? Где же он, наш герой? Обратите внимание: я хоть и в плохо посаженном по его мнению костюме и с кривыми ногами, но без пистолета в руке. [пару секунд зал в ожидании]. Вот, понимаете? И весь транссерфинг реальности на этом заканчивается. Надо не бояться сказать это вслух. Если мне что-то не нравится, например, [смотрит на ведущего]ваши туфли цвета детской неожиданности – я могу сказать это в лицо. И в том числе на пресс-конференции и Путину, и Лукашенко, и кому угодно. Наши мнения могут не совпасть. Кому-то этот костюм из пре-коллекции Chanel действительно кажется ужасным, и я даже не буду спорить. А мне кажется, что он прекрасный.
Более того, мне кажется, и фигура у меня неплохая, и задняя часть не низко посажена [поворачивается спиной и крутит задней частью]. Ноги, и правда, чуть кривоваты. Но здесь это как раз скрывается юбкой чуть ниже колена, понимаете? Вот так было бы хуже [поднимает юбку до колен]. Всем, у кого кривые ноги, я тоже могу дать мастер-класс. Вот такая длина, если у вас есть легкая кривизна, хорошо – чуть ниже колена. До колен [повторяет подъем юбки до уровня колен] будет плохо, я никогда так не ношу. Но дальше магия – [задирает юбку до бедер, превращая её в мини] снова хорошо. То есть либо мини, либо ниже колен. Многим мужчинам нравятся женщины с кривыми ногами, француженки с кривыми ногами многие года считались эталоном сексуальности – каждому свое. Мужу моему пока вроде нравится, а в большем я не нуждаюсь. То, что наши мнения могут не совпадать – это нормально, ненормально бояться высказывать это в лицо. Не держите говно в себе. [«Ксения, костюм шикарный» – кричат из правого сектора зала]. Вот видите, а кому-то нравится. Карл Лагерфельд сейчас на вас плюнет и обидится. Дедушка старался, а вы говорите – «ужасный костюм».

Фото - Источник

[Вопрос из зала]: «Ладно если ногие кривые, а если короткие – что делать?»

Ксения Собчак: Мне кажется, что нас бог создает именно такими, какие мы есть. Могу сказать совершенно точно, может быть, это нескромно – я никогда не была обделена мужским вниманием. При том, что рядом со мной всегда были женщины невероятной красоты. Не знаю, откуда у некоторых женщин это рождается, может, вместе с климаксом оно неизбежно произойдет и у меня – но у меня никогда нет зависти к красивым женщинам. Но иногда ты смотришь на нее и понимаешь, что в ней нет энергии, и эта красота не может зацепить ни тебя, ни мужчину. И вот я знаю внутренне, что у этой девушки передо мной с кривыми-не-кривыми-короткими ногами, вообще нет никаких шансов.
Секс, женственность, сексуальность, интерес – это энергия, а не то, как красиво человек выглядит. Это может понравиться на один раз как красивая картинка в журнале, но если за красотой ничего нет, то совсем не важно, какие у тебя ноги: как у Нади Ауэрман или как у ежика. Мне кажется, развивать нужно не это. Можно, конечно, делать операции и удлинять ноги, но лучше развивать мозг.

Если мне будет нужен мужчина, я точно знаю, что он обратит внимание на меня, а не на нее. Потому что любой человек всегда обращает внимание на энергию.

[Вопрос с из зала]: Каких интервьюируемых вы можете назвать идеальными собеседниками?

Ксения Собчак: Спасибо за вопрос. Главная ошибка в том, что люди пытаются быть хорошими. Они приходят на интервью, чтобы доказать всему миру, что они хорошие. Ужасная мотивация, потому что выглядит крайне натужно и не интересно никому. Это стремление быть идеальным, избегать острых углов, бояться эмоционально сказать то, что ты думаешь, бояться, что потом как процитируют по всему интернету – будешь «люба звезда ютуба» – из-за этого люди стараются держать себя в футляре. Это, на мой взгляд, плохо. Когда человек говорит эмоционально, хоть он может ошибиться, сказать что-то слишком жесткое – ему это простят. Люди видят, что он горит, что он живет, а не читает этот текст по внутренней бумажке. К сожалению, людей, которые так делают, недостаточно много. От страха, иногда от ограниченности мышления, иногда просто из-за глупости, но результат всегда всегда один и тот же – зрители зевают и отходят от экрана, а я это вижу и вцепляюсь хваткой в те места, где есть прорехи. Теперь про людей, с которыми удовольствие брать интервью. Кстати, Лукашенко – один из таких, особенно такого высокого уровня политик, что вообще редкость. Чем выше статус, тем больше человек оберегает себя от эмоционального высказывания. Безусловно, Борис Немцов был таким человеком. Я его очень ценила за это, и вообще любила его как друга, но то, как он давал интервью, сколько в нем было харизмы, жизни и умения просто рассуждать на любую тему, абсолютно не боясь – это, знаете, внутренняя свобода. Когда человек свободен, он говорит то, что думает.

[В этот момент девушка в четвертом ряду не выдерживает и начинает кричать с места]: Хорошо, можно вопрос: это люди большого ранга. А Света Курицына, которая говорит то, что думает, тоже вызывает у вас такие чувства? Вы брали у нее интервью, у нее была своя программа!

Ксения Собчак: Это вы имеете в виду… Вспомнила! Это девушка, которая прославилась после того, как сказала знаменитую фразу «мы стали более лучше одеваться», после чего для части населения либеральных вглядов она стала иконой нашистской тупости, а государственники эту девушку подняли и сделали звездой НТВ. Я уверена, ее первой реакцией, когда она увидела в роликах, что над ней все смеялись – было дикое переживание. Она плакала, и ей было стыдно. В какой-то момент она поняла, что она может сделать на этом карьеру, пусть косноязычно и криво. Если мы абстрагируемся от политики, то это девочка из бедного села, из очень неблагополучной семьи, которая сумела преодолеть жуткое чувство стыда и смогла сделать телевизионную карьеру, о которой многие мечтают. Если бы она была умной девушкой, она могла бы сыграть на этом: стать иконой наивности – вот такой дурочки, которая познает мир, провинциалки, с открытыми глазами приехавшей в Москву. Одновременно начала бы интенсивно заниматься с педагогом по речи. Устроилась на полставки редактором в студию Центрального телевидения, стала бы делать какие-то репортажи, познакомилась бы с командой журналистов, нашла бы учителя, на которого посмотрела бы большими провинциальными глазами и сказала: «Дяденька, помогите! Можно я у вас поучусь?» Человек бы не отказал – у всех доброе сердце. Она Научилась бы каким-то вещам и стала через несколько лет профессионалом. Потому что роль дурочки прелестна, когда тебе 18-20 лет. Когда тебе 35, это выглядит комично и даже трагично. И то, что ее программу закрыли – как раз следствие того, что она не смогла использовать ситуацию. Успех не может быть вечен, он как мем уходит в один момент – человек не воспользовался той возможностью, которую ему дала жизнь.

[Последний вопрос из зала]: Бренд Ксении Собчак сформировался потому, что вы харизматичная личность, которую легко спародировать, или это серьезная работа, и вы разграничиваете себя домашнюю и бренд?

Ксения Собчак: Конечно, разграничиваю. Много было случайностей. Как я уже отвечала на вопрос про Курицыну – очень важно было этими случайностями воспользоваться. В моей жизни было огромное количество негативного пиара. С самого детства. По причинам, в том числе связанным с травлей моего отца.

Помню, что когда мне было 12 лет, и я еще ничего не сделала в жизни, ни хорошего, ни плохого, в Петербурге был разгар предвыборной кампании. Выходили газеты: «Дочка Собчака сказала, что мечтает стать проституткой».

Я рыдала: «Я этого не говорила, мамочка, я тебе клянусь!» Я не понимала, откуда вообще это могло взяться. Понимаете, 12-летняя девочка, школа, мальчики, период полового созревания – и тут это жуткое слово написано в газете, а газеты не врут. Это было очень тяжело: вдруг тебя обвинили в газете в ужасных вещах – я думала, жизнь закончена. Но со временем это сделало меня сильным человеком, не чувствительным ни к какой критике. Негативный пиар – к сожалению, часть устройства нашего мира. Зачастую он дает больший резонанс, чем положительный пиар. Дальше вопрос только в том, как ты умеешь этим воспользоваться, и на что ты потратишь этот ресурс.

…Я счастлива, что выбрала для себя другой путь. Хорошо помню этот момент: сидела в аэропорту и ждала какой-то самолет, смотрела Первый канал. И вдруг увидела Якубовича в «Поле чудес». Даже вот сейчас говорю – и у меня мурашки. Я поняла, что была 5-7-летним ребенком, и Якубович уже тогда после смерти Листьева вел «Поле чудес». И вот я смотрю и вижу пожилого человека, сфера интересов которого явно гораздо шире, чем эта передача. Я вижу, как эти бабушки тащат ему помидорчики: «Пожалуйста, я вырастила» – «Да, спасибо» – «А вот огурчики» – «Называйте букву!» Его это так достало, потому что у него взгляд человека, который мечтал бы сейчас убить эту бабку вместе с этими помидорами – только бы вырваться оттуда. При этом я понимаю, что успех, деньги и слава столько лет, конечно, его там держат. Но я так не хочу. Мне было около 30 лет, и поняла, что не хочу всю жизнь быть звездой «Дом-2» и ассоциироваться с ним. То, что я одновременно работала в GQ как журналист, все равно никто не замечал. Вот что важно в любом пиаре, негативном или нет – человек меняется. Он меняется каждый день, и очень важно, где ты сегодня и завтра, а то, не где ты был вчера. Если ты стремишься стать лучше, никто не может тебя осудить за то, что ты был хуже. Да, ты был хуже. Но ты стал лучше и хочешь стать еще лучше. Вот и вам я советую того же самого.

Источник статьи

Нажимая кнопку "отправить", Вы даёте согласие на обработку персональных данных.